Аялга Сюрюн

Когда мне надо описать, что мы за народ я говорю — «Шойгу» и сразу все понимают. Тыва зажата между Монголией и Бурятией. Я родилась в селе Кызыл-Мажылык. Там пять тысяч человек живёт. В селе есть несколько школ, детских садов, даже техникум есть. Вся инфраструктура для жизни есть. Мама учитель, папа водитель. Нас было трое детей в семье.

В 10 классе попала в Владивосток, по программе лидеры России. После окончания школы очень хотела поступить в академии МВД. Я была даже внештатным сотрудником, прошла профессиональную предподготовку, физическую подготовку. За несколько недель до поступления все документы для поступления украли из машины. Это был большой удар для меня, до этого все мои желания всегда сбывались.Тувинцы исповедуют буддизм с элементами шаманизма. Это совсем другое восприятие мира. Другое отношение к смерти. У нас не ходят на поминки, смерть это естественный этап, похоронили и все, на кладбище никто не ходит. Смерть — это не трагедия.“Я сдала экзамены, у меня были хорошие баллы, поэтому поступила на факультет автоматизации информационных технологий, безопасность информационных систем в Хабаровске, где жила моя двоюродная сестра с мужем, он у неё военный. С таким образованием можно и в ФСБ, и в МВД. Сначала я всё-таки с трудом говорила на русском, многие слова не понимала, но через активность, различные события и постоянную практику я отточила его.

Когда заболела мама я оставила ВУЗ и вернулась в село. Когда она умерла, вся моя жизнь перевернулась. Совершенно случайно я начала работать официантом. Ресторан излечил меня, работая, я отвлекалась.

2018 год я встречала на работе и со смены первого января я вернулась другим человеком. Переосмыслила себя, захотела начать жить с чистого листа. Отчислилась с информационных, пошла учиться на юриста, на правовое обеспечение национальной безопасности. Потом мужа увидела в большой компании, сразу его заприметила. Он у меня в органах работает, его по распределению отправили в Белгород, и я за ним поехала.

Тувинцы исповедуют буддизм с элементами шаманизма. Это совсем другое восприятие мира. Другое отношение к смерти. У нас не ходят на поминки, смерть это естественный этап, похоронили и все, на кладбище никто не ходит. Смерть — это не трагедия. Буддизм — это не религия, это философия, где каждый может стать Богом, просветленным. Обряды мы совершаем дома. Пьём дома чай с молоком и солью, в него добавляют ещё топленное масло и ячмень, зерновые. Это сытный напиток, что дают гостям с дороги.

Тувинцы старадаются держаться вместе, где бы они не были. В Белгороде нас семь человек, мы всегда вместе. Поддерживаем друг друга. Мы с мужем не пьём и не курим, приняли обет.